История повторяется: от Верхнего города XIX века к Chișinău City XXI века

Часть I. Большой рынок, маленькая экономика и риск потери строительного комплекса

Вопрос, который почти не обсуждается

В Молдове часто задают вопрос: что изменится после вступления страны в Европейский союз?

Обычно ответы вращаются вокруг свободного передвижения людей, доступа к европейским фондам, роста инвестиций, улучшения инфраструктуры и повышения уровня жизни. Все это действительно может стать частью будущей реальности.

Однако в этой дискуссии почти всегда отсутствует другой вопрос.

Что произойдет, если Молдова будет вступать в Европейский союз одновременно с Украиной?

На первый взгляд этот вопрос кажется второстепенным. Но именно он может оказаться одним из ключевых для будущего молдавской экономики.

Сегодня большинство обсуждений строится вокруг отношений между Молдовой и Брюсселем. Между тем после вступления страна окажется внутри огромного единого рынка, где ей придется конкурировать не только с Германией, Францией или Италией, но прежде всего со своими ближайшими соседями.

И главным фактором этой новой реальности может стать Украина.

Многие рассматривают европейскую интеграцию как процесс, в котором Молдова получает доступ к большому рынку. Это правда. Но одновременно большой рынок получает доступ к Молдове.

Именно в этом заключается принципиальное отличие между политическим лозунгом и экономической реальностью.

Большой рынок и маленькая экономика

Даже после окончания войны Украина останется одной из крупнейших стран Европы.

Она обладает огромной территорией, значительными запасами природных ресурсов, мощным сельским хозяйством, промышленным потенциалом, морскими портами и многомиллионным внутренним рынком.

По сравнению с ней Молдова представляет собой небольшую открытую экономику с населением менее трех миллионов человек и ограниченным внутренним спросом.

Это не хорошо и не плохо.

Это объективная реальность.

Поэтому вопрос заключается не в том, сможет ли Украина конкурировать с Молдовой.

Ответ очевиден.

Вопрос заключается в другом:

Сможет ли Молдова сохранить собственную экономическую роль внутри пространства, в котором будут действовать значительно более крупные игроки?

Сегодня подобные опасения уже существуют в некоторых странах Европейского союза.

Наиболее заметно это проявилось в Польше.

Польские фермеры опасаются конкуренции со стороны украинской сельскохозяйственной продукции. И это при том, что Польша сама является крупной аграрной державой с населением около сорока миллионов человек.

Если подобные опасения возникают у Польши, то для Молдовы последствия могут оказаться гораздо более чувствительными.

Причина проста.

Украина способна производить практически все традиционные для Молдовы товары в значительно больших объемах.

Зерно.

Подсолнечник.

Сахар.

Мясо.

Строительные материалы.

Металлопродукцию.

Отдельные виды промышленной продукции.

Логистические услуги.

И это касается не только товаров.

Это касается капитала, рабочей силы и предпринимательской активности.

Украина уже пришла в Молдову

Важно понимать, что речь идет не о далеком будущем.

Многие процессы уже происходят сегодня.

Украинский бизнес присутствует в Молдове.

Украинские предприниматели открывают компании.

Украинские специалисты работают на молдавском рынке.

Логистические цепочки все теснее связывают экономики двух стран.

После окончания войны эти процессы, скорее всего, усилятся.

Фактически вступление в Европейский союз не создаст новую ситуацию.

Оно лишь ускорит уже существующие тенденции.

Это очень важное обстоятельство.

Потому что оно позволяет увидеть будущее заранее.

Сегодня мы наблюдаем первые признаки того, что может стать нормой через десять или пятнадцать лет.

Если не обращать внимания на эти сигналы, позже реагировать будет гораздо сложнее.

Свобода движения — улица с двусторонним движением

В общественном сознании европейская интеграция часто воспринимается как набор преимуществ для Молдовы.

Но единый рынок работает иначе.

Он открывает возможности для всех участников одновременно.

Свободно перемещаются:

• товары;

• услуги;

• капитал;

• инвестиции;

• специалисты;

• компании;

• рабочая сила.

То есть дверь открывается в обе стороны.

Да, молдавский предприниматель получает доступ к рынкам Европы.

Но точно так же европейские и украинские компании получают доступ к молдавскому рынку.

Да, молдавские граждане получают возможность работать в других странах.

Но одновременно другие рынки получают возможность привлекать молдавских специалистов.

Да, инвестиции могут приходить в Молдову.

Но капитал может и уходить туда, где ожидаемая доходность выше.

Для потребителя это означает больше выбора.

Для бизнеса — больше конкуренции.

Для государства — необходимость иметь собственную стратегию развития.

Именно здесь начинается главный вопрос.

Что будет удерживать людей, компании и капитал внутри страны?

Почему строительство становится главным индикатором

Наиболее ярко эти процессы проявляются в строительной отрасли.

Строительство часто воспринимается как одна из многих отраслей экономики.

На самом деле его роль значительно больше.

Каждый построенный квадратный метр жилья запускает целую цепочку экономической активности.

Работу получают:

• строители;

• архитекторы;

• инженеры;

• проектировщики;

• производители строительных материалов;

• мебельная промышленность;

• транспортные компании;

• банки;

• поставщики оборудования;

• коммунальные предприятия.

Поэтому строительство является одним из главных мультипликаторов экономического роста.

Когда строительная отрасль развивается, развивается значительная часть экономики.

Когда строительная отрасль начинает замедляться, последствия постепенно распространяются на десятки связанных сфер.

Именно поэтому состояние строительного комплекса может служить своеобразным индикатором будущего страны.

Парадокс молдавского рынка недвижимости

Последние годы показали необычную ситуацию.

Количество сделок с жильем начало снижаться.

Покупателей становится меньше.

Все больше семей откладывают приобретение квартиры или дома.

При этом цены продолжают оставаться высокими.

На первый взгляд это выглядит нелогично.

Если спрос уменьшается, цены должны снижаться.

Но рынок недвижимости подчиняется более сложным закономерностям.

Стоимость строительства продолжает расти.

Причины хорошо известны.

Дорожают строительные материалы.

Дорожает земля.

Увеличиваются расходы на финансирование проектов.

Растет стоимость рабочей силы.

Одновременно цены на жилье росли быстрее доходов населения.

В результате сформировалась ситуация, когда значительная часть граждан уже не может позволить себе покупку жилья на прежних условиях.

Рынок начинает упираться не в нехватку предложения, а в ограниченность платежеспособного спроса.

Для строительных компаний это означает уменьшение количества покупателей.

Для экономики — сокращение внутреннего спроса.

А сокращение внутреннего спроса неизбежно заставляет бизнес искать новые рынки.

Отток уже начался

Особенность нынешней ситуации заключается в том, что речь идет не о будущем.

Этот процесс уже происходит.

Сегодня многие молдавские строители работают в Румынии.

Многие архитекторы выполняют проекты для румынских заказчиков.

Многие подрядчики ищут контракты за Прутом.

Причины очевидны.

В Румынии больше проектов.

Больше инвестиций.

Больше государственных программ.

Больше возможностей для развития бизнеса.

По сути, Молдова уже сегодня конкурирует с Румынией за собственных специалистов.

Причем речь идет не только о рабочих.

Речь идет о руководителях проектов.

Об инженерах.

Об архитекторах.

О строительных компаниях.

О производителях строительных материалов.

О предпринимателях.

Все чаще можно услышать от представителей отрасли, что перспективы роста они связывают не с внутренним рынком, а с Румынией.

Это очень важный сигнал.

Потому что экономика теряет не только рабочую силу.

Она начинает терять предпринимательскую инициативу.

А это гораздо опаснее.

Следующий этап — Украина

После окончания войны к румынскому фактору может добавиться украинский.

Именно здесь ситуация приобретает стратегический характер.

Украину ожидает крупнейшая программа восстановления в современной европейской истории.

Будут строиться дороги.

Мосты.

Жилые кварталы.

Энергетическая инфраструктура.

Промышленные объекты.

Социальные учреждения.

Речь будет идти о сотнях миллиардов евро инвестиций.

Соответственно, возникнет огромный спрос на специалистов.

На строительные компании.

На проектные бюро.

На производителей строительных материалов.

На инженерные организации.

На архитекторов.

На менеджеров проектов.

И тогда Молдова может столкнуться с принципиально новой ситуацией.

Сегодня строительный сектор испытывает притяжение со стороны Румынии.

Завтра он может одновременно испытывать притяжение и со стороны Украины.

Страна окажется между двумя мощными центрами строительной активности.

С одной стороны — рынок Румынии.

С другой стороны — рынок восстановления Украины.

Для небольшой экономики это может стать одним из самых серьезных вызовов ближайших десятилетий.

Почему это опаснее, чем кажется

Проблема заключается не только в оттоке специалистов.

Гораздо важнее другое.

Вместе с людьми начинают уходить компании.

Подрядчики.

Инвесторы.

Проектировщики.

Инженерные фирмы.

Производственные предприятия.

Постепенно может начать разрушаться целый строительный кластер.

А вместе с ним и значительная часть связанных отраслей.

Если строительный комплекс теряет кадры и инвестиции, последствия затрагивают всю экономику.

Уменьшается спрос на строительные материалы.

Снижается активность мебельной промышленности.

Сокращается количество новых проектов.

Уменьшается потребность в инженерных услугах.

Ослабевает внутренний рынок.

Поэтому вопрос строительства является гораздо более широким, чем может показаться на первый взгляд.

На самом деле речь идет о способности страны сохранять собственный экономический потенциал.

Именно здесь возникает главный вопрос.

Как сделать так, чтобы после открытия большого европейского рынка Молдова не потеряла капитал, предпринимателей и строительный комплекс, а наоборот — получила новый импульс развития?

История показывает, что подобная ситуация уже возникала более двухсот лет назад.

И тогда был найден весьма интересный ответ.

Часть II. Исторический ответ и новая модель развития Молдовы

История уже проходила через это

На первый взгляд может показаться, что ситуация, в которой сегодня находится Молдова, не имеет исторических аналогов.

Однако это не так.

Более двухсот лет назад Бессарабия уже сталкивалась с похожим вызовом.

После 1812 года территория между Прутом и Днестром оказалась внутри нового большого экономического пространства — Российской империи.

Для современного читателя важно понять одну простую вещь.

По своему экономическому смыслу это событие очень напоминает то, что может произойти после вступления Молдовы в Европейский союз.

До 1812 года существовали политические и экономические границы.

После 1812 года значительная часть этих барьеров исчезла.

Перед Бессарабией открылся огромный рынок.

Многократно больший по размеру, чем сама территория.

Если следовать логике современных опасений, можно было бы предположить, что небольшая провинция должна была раствориться внутри огромной имперской экономики.

Но произошло прямо противоположное.

Кишинев начал быстро расти.

Увеличивалось население.

Появлялись новые предприятия.

Развивалась торговля.

Строились административные здания.

Формировались новые городские кварталы.

В регион приходили предприниматели и капитал.

Возникает закономерный вопрос.

Почему Бессарабия не была поглощена более сильным экономическим пространством?

Настоящий урок XIX века

Ответ заключается в том, что развитие произошло не благодаря самому факту открытия границ.

Развитие произошло благодаря специальным стимулам, которые сопровождали это открытие.

Государство сознательно проводило политику привлечения населения, предпринимателей и капитала.

Создавались льготные условия.

Предоставлялись земельные участки.

Действовали налоговые стимулы.

По сути, государство стремилось сделать так, чтобы вложение капитала в Бессарабию было выгоднее, чем во многих других частях империи.

Это принципиально важный момент.

Очень часто в современных дискуссиях предполагается, что рынок сам все расставит по местам.

История показывает обратное.

Если территория просто открывается для конкуренции, она вовсе не обязательно начинает развиваться.

Она может стать периферией.

Она может начать терять население.

Она может терять капитал.

Она может постепенно уступать более сильным соседям.

Для роста необходимы дополнительные стимулы.

Именно они существовали в Бессарабии XIX века.

Именно их сегодня не хватает в дискуссии о будущем Молдовы.

Верхний город как проект капитализации территории

Особенно интересен пример Верхнего города.

Сегодня мы воспринимаем исторический центр Кишинева как нечто естественное.

Но в начале XIX века он был масштабным проектом развития новой городской территории.

Регулярная планировочная структура.

Новые улицы.

Новые площади.

Административные здания.

Жилые кварталы.

Торговые объекты.

Фактически Верхний город стал пространством концентрации капитала.

Туда приходили инвестиции.

Там строились новые здания.

Там формировалась новая стоимость территории.

Именно поэтому Верхний город можно рассматривать как один из первых крупных проектов капитализации Кишинева.

По сути государство создавало условия, при которых частный капитал материализовывался в городской среде.

Налоги, льготы, земля и предпринимательская инициатива превращались в улицы, дома, общественные пространства и новую экономику.

Именно этот механизм заслуживает особого внимания сегодня.

Современный вызов требует современного ответа

Сегодня Молдова вновь находится на пороге открытия большого рынка.

Но одновременно она сталкивается с угрозой утраты части собственного экономического потенциала.

Особенно заметно это в строительном секторе.

Продажи жилья сокращаются.

Кадров становится меньше.

Часть специалистов уже работает в Румынии.

Часть компаний ориентируется на внешние рынки.

В будущем к этому фактору может добавиться Украина.

Если ничего не предпринимать, рыночная логика будет работать вполне предсказуемо.

Люди будут искать более высокие доходы.

Компании будут искать более крупные рынки.

Капитал будет стремиться туда, где выше доходность.

Возникает вопрос.

Можно ли создать механизм, который будет удерживать капитал внутри страны и одновременно стимулировать развитие территории?

Нулевая ставка на прибыль — полезно, но недостаточно

Сегодня обсуждается идея освобождения от налога на прибыль при условии, что прибыль не распределяется в виде дивидендов.

Безусловно, это правильный шаг.

Он позволяет компаниям быстрее накапливать капитал.

Он стимулирует инвестиции в развитие бизнеса.

Но существует важное ограничение.

Такой механизм работает прежде всего для существующих предприятий.

Он помогает модернизировать производство.

Помогает покупать оборудование.

Помогает расширять деятельность.

Однако он не создает масштабного механизма территориального развития.

А именно такая задача сегодня становится ключевой.

Капитализация налогов как новый инструмент развития

Возможно, пришло время вернуться к логике, которая уже однажды помогла Бессарабии воспользоваться преимуществами большого рынка.

Но сделать это на новом уровне.

Представим следующий механизм.

Предприниматель получает освобождение от определенных налогов на первые пять лет.

Но при одном обязательном условии.

Эквивалентная сумма должна быть инвестирована в создание материальных активов на территории Молдовы.

Именно здесь возникает принципиальное отличие от обычной налоговой льготы.

Речь идет не о развитии собственного предприятия.

Речь идет о развитии территории.

Предприниматель может построить:

• многоквартирный жилой дом;

• доходный дом;

• гостиницу;

• офисный центр;

• складской комплекс;

• производственное здание;

• туристический объект;

• инфраструктурный объект;

• общественное пространство.

Главное условие заключается в том, что средства остаются работать внутри страны.

Фактически государство предлагает выбор.

Либо заплатить налог.

Либо превратить этот налог в новый актив на территории Молдовы.

Так возникает механизм капитализации налогов.

Почему строительство становится ключевым элементом

Наиболее сильный эффект подобная модель может дать именно в строительстве.

Строительство обладает уникальным свойством.

Оно не просто создает отдельный объект.

Оно запускает работу десятков отраслей одновременно.

Каждый новый дом означает работу для строителей.

Каждый новый гостиничный комплекс означает работу для инженеров.

Каждый новый склад означает заказы для производителей материалов.

Каждый новый квартал означает развитие инфраструктуры.

По сути строительство является механизмом превращения капитала в долгосрочные активы.

Именно поэтому потеря строительного комплекса представляет такую опасность для Молдовы.

Если строительный сектор ослабевает, ослабевает значительная часть экономики.

Если строительный сектор развивается, развивается значительная часть экономики.

От Верхнего города к Chișinău City

Если в XIX веке пространственным механизмом капитализации территории стал Верхний город, то в XXI веке аналогичную роль может сыграть Chișinău City.

Речь идет не просто о строительстве нового района.

Речь идет о создании новой площадки для концентрации капитала.

Точно так же, как когда-то Верхний город стал пространством развития нового Кишинева, Chișinău City может стать пространством развития нового этапа молдавской экономики.

Здесь может быть реализован принцип капитализации налогов.

Здесь могут концентрироваться инвестиции.

Здесь может формироваться новый внутренний рынок строительства.

Здесь может возникнуть новый центр экономического роста.

По сути Chișinău City способен стать современным аналогом того, чем Верхний город был для Кишинева XIX века.

Владельцы земли не должны быть проигравшими

Существует еще один важный аспект.

Любой крупный проект развития сталкивается с вопросом собственности.

Традиционный подход обычно предполагает выкуп земельных участков или длительные конфликты между инвесторами и владельцами.

Но существует другой путь.

Владельцы земли и существующих предприятий могут стать участниками проекта.

Не объектами преобразований.

А его дольщиками.

Земельный участок становится вкладом в общий капитал проекта.

Предприятие становится вкладом в общий капитал проекта.

Собственник получает долю в будущей стоимости территории.

В жилой недвижимости.

В коммерческих объектах.

В арендных потоках.

В управляющих структурах.

В новых активах.

Такой подход принципиально меняет логику развития.

Вместо конфликта возникает партнерство.

Вместо сопротивления возникает заинтересованность в успехе проекта.

Национальный проект развития

В конечном итоге Chișinău City следует рассматривать не как обычный девелоперский проект.

И даже не как муниципальный проект.

Его значение может быть значительно шире.

Речь идет о возможном инструменте национального развития.

Если Молдова действительно окажется внутри большого европейского рынка одновременно с Украиной, стране потребуется собственный механизм удержания капитала.

Собственный механизм удержания строительного комплекса.

Собственный механизм удержания специалистов.

Собственный механизм создания внутреннего спроса.

Именно такую функцию способен выполнять проект масштаба Chișinău City в сочетании с программой капитализации налогов.

История повторяется, но на новом уровне

История редко повторяется буквально.

Но она часто повторяет свои основные закономерности.

После 1812 года Бессарабия получила доступ к огромному рынку.

Но одновременно получила стимулы для накопления капитала и развития территории.

В результате Кишинев не был поглощен более сильной экономикой.

Наоборот.

Он превратился в один из центров роста региона.

Сегодня Молдова вновь приближается к моменту открытия большого рынка.

Однако вместе с возможностями появляются и риски.

Отток рабочей силы.

Отток строительных компаний.

Отток предпринимателей.

Отток капитала.

Особенно в условиях конкуренции одновременно с Румынией и будущей восстановленной Украиной.

Поэтому главный вопрос заключается не в том, вступит ли Молдова в Европейский союз.

Главный вопрос заключается в том, сможет ли она создать собственный проект развития до того момента, когда границы окончательно исчезнут.

Если такого проекта не будет, страна рискует постепенно потерять часть своего экономического потенциала.

Если же механизм капитализации налогов будет соединен с крупными проектами территориального развития, такими как Chișinău City, открытие большого рынка может стать не угрозой, а началом нового этапа роста.

Именно в этом, возможно, заключается главный урок истории Бессарабии XIX века для Молдовы XXI века.